«Аврора» в Цусимском бою. Из донесений и рапортов. - Андрей Геннадьевич Щегольков

Погрузка угля на крейсер «Аврора» через бортовые угольные лацпорты во время стоянки в Маниле. 1905 год

Выписка из исторического журнала крейсера «аврора»

РГА ВМФ, фонд 726, опись 1, дело 225, листы 108–114. ЦГАВМФ 726.1.225 (выписки из Исторического журнала). Листы 108–113.

14 (27) мая, суббота

С рассветом находились к югу от острова Цусима, когда справа во мгле заметили силуэт японского крейсера «Идзуми», шедшего одним с нами курсом в качестве неприятельского разведчика, причем он держал расстояние от 60 до 45 кабельтов, следуя неуклонно нашему курсу; временами сзади и в стороне ещё вырисовывались туманные силуэты судов, но вскоре они закрылись мглою. Эскадра находилась в строю двух кильватерных колонн: правая – 1-й и 2-й броненосные отряды, левая 3-й броненосный отряд и крейсера «Олег» (контр-адмирал) и «Аврора», транспорты в кильватере, имея головным «Анадырь», на правом траверзе «Олега» следовали за эскадрой, имея в замке «Урал», «Алмаз» и «Светлану» и на правом крыле – «Владимир Мономах» и левом – «Дмитрий Донской». Горизонт был весьма плохо очерчен, ветер SW 3–5 баллов и среднее волнение. В 9.45 находились слева крейсера: «»Хашидате», «Итсукишима», «Матсусима», «Чим-Йен» и «Акати», но вскоре, вновь покрытые мглою, исчезли.

В 10.45 утра слева во мгле вырисовались силуэты неприятельских крейсеров «Читозе» и «Тсусима», шедших с нами контркурсом; поравнявшись с нашей колонной, они легли на курс, слегка сходящийся с нами. Расстояние до ближайшего было определено в 58 кабельтов и постепенно изменилось до 42 кабельтов, когда 1-й и 2-й броненосные отряды описали координат влево, вошли в линию к 3-му и открыли огонь по неприятелю, который был подхвачен главным образом 3-м отрядом и крейсерами. Неприятель, слабо отвечая, тотчас же отошел на большое расстояние, повернув «все вдруг», и стал скрываться во мгле. Крейсер «Идзуми» продолжает следить за эскадрой, держась на том же расстоянии.

В полдень изменили курс на NO 23 градуса, но вскоре несколько уклонили его вправо, причем 1-й отряд вышел вправо, образовав отдельную колонну. В 1.30 заметили слева шедшие навстречу неприятельские главные силы: головной «Микадо», далее «Шикитимо», «Ассахи», «Фудзи» и ещё три броненосных крейсера, которые за отдаленностью были плохо различимы, еще несколько далее, отдельно, – крейсера «Нисшен» и «Касаги». Сблизившись большим ходом на достаточную дистанцию, приблизительно кабельтов 50, японцы легли почти параллельным нам курсом и в 1.45 открыли огонь. Так как в это время первый отряд броненосцев был вправе (может быть, справа?) и описывал координат влево, чтобы вступить в голову наших броненосцев, то колонну в бой повел адмирал Фелькерзам на броненосце «Ослябя», на которого и обрушился весь огонь неприятеля.

К двум часам – первая фаза боя – расположение судов было таково: 1-й, 2-й и 3-й отряды в кильватере, в стороне от неприятеля, прикрытые нашими броненосцами, в расстоянии от последних 10–15 кабельтов, группа миноносцев и крейсера «Жемчуг» и «Изумруд»; ещё далее, в расстоянии 15–25 кабельтов, крейсера «Олег» и «Аврора»; справа от них транспорты с охраняющими их судами, как выше было указано; у правого борта траверза «Олега» держались в кильватере миноносцы крейсерского отряда. Неприятель открыл частый сильный огонь и, идя на пересечку курса, заставил наши броненосцы постепенно уклонять курс вправо. Неприятель, быстро пристрелявшись, стал громить своим частым и метким огнем наши корабли, сосредотачивая всю силу огня на броненосцах «Ослябя» и «Суворов»; особенно много попаданий выпало на долю первого, и не прошло и четверти часа боя, как на обоих флагманских кораблях были сбиты задние мачты, а на «Суворове» и трубы, и вспыхнули пожары, а броненосец «Бородино» вышел из строя, впрочем, временно и вскоре занял место в строю за броненосцем «Апраксин»; между сильно оттянувшими броненосцами 3-го отряда то на одном, то на другом корабле стали вспыхивать пожары. До 2,5 часов дня крейсера активного участия в бою не принимали. Около этого времени заметили две группы неприятельских крейсеров: «Читозе», «Касаги», «Нитака», «Цусима» и «Матсусима», «Хашидате», «Чим-Йен», «Итсукишима» и «Акати» в небольшом друг от друга расстоянии, которые обходили наши транспорты; тогда «Олег» и «Аврора» развивали ход до 17–18 узлов, описывали весьма сложную локсодромию, ибо необходимо было возможно чаще менять расстояние до неприятеля, который, обладая преимуществом в ходе и артиллерии, держался (?) в определенном расстоянии, чрезвычайно быстро развивая очень меткую стрельбу. По мере возможности «Мономах», «Донской» и «Светлана» принимали в отражении врага при защите транспортов своевременное участие; главный же огонь обратился против «Олега» и «Авроры». Не остались вполне защищенными и транспорты, которые стали получать время от времени повреждения; так же иногда приходилось плохо и миноносцам.

К концу 3 часа дня неприятельские крейсера временно удалились, а нашим крейсерам и транспортам удалось стать под прикрытие броненосцев, шедших уже курсом, близким к W. Прошел 1 час боя; ещё ранее сильно пострадавший «Ослябя», будучи буквально засыпан снарядами, вышел из строя, имея значительный крен на ЛБ, который всё продолжал увеличиваться, и броненосец в 2.50 затонул, опускаясь носом и левым бортом.

Японские броненосцы в это время, идя курсом, параллельным нашему, и имея преимущество в ходе, держались несколько впереди наших, и в момент поворота последних опять в NO-вую четверть крейсера «Олег» и «Аврора», следуя движению броненосцев, попали под артиллерийский огонь кораблей и вновь подошедших крейсеров. В начале 4 часа осколком снаряда был убит на «Авроре» командир, и управление временно перешло к старшему штурману лейтенанту Прохорову. Наступила вторая фаза боя. Около 3,5 часов опять пришлось крейсерам отражать неприятельские крейсера, причём тут «Владимир Мономах» вступил в кильватер «Авроре», а «Идзуми» присоединился к своим крейсерам; стремясь отразить неприятеля и в то же время сохранить свое место у нестреляющего борта наших броненосцев, крейсера вновь попали под перекрестный огонь «Нисшен» и «Касаги» и группы крейсеров; отстреливаясь, заметили вновь в стороне от курса броненосцев силуэт какого-то корабля без мачт и труб, на котором был сильный пожар, – это был «Суворов», почему наши корабли неоднократно описывали около него локсодромии, отгоняя от него врагов и прикрывая его своей грудью. Долго «Суворов» боролся с неприятелем и повреждениями, но наконец около 4.15 ему удалось справиться, и он занял место в строю концевым. Немного ранее этого времени потерпели от снарядов и затонули буксир «Русь» и вспомогательный крейсер «Урал». Линия наших броненосцев чрезвычайно растянулась, отчего при поворотах получалась не линия, а кольцо, и это послужило причиной неоднократного попадания крейсеров под перекрестный огонь неприятеля, чему также способствовали большой ход их кораблей и скученность наших транспортов, затруднявших нам же движение и маневрирование. Во время выхода «Суворова» из строя адмирал Рожественский был взят на